Блог Вячеслава Лютова (lyutov70) wrote,
Блог Вячеслава Лютова
lyutov70

Categories:

Несекретная история: Озерск (часть пятая)

Продолжаю свое путешествие по истории Озерска. Здесь - удивительные городские места, связанные с именем Курчатова. В такую красоту сложно не влюбиться - пусть даже заочно, виртуально. И еще: Озерску все же повезло с отцами-основателями...
ротонда 01

Хижина лесника

Это не озерский топоним, но на «Маяке» хорошо известный – как и все, что связано с именем Игоря Васильевича Курчатова, которому город обязан своим рождением.
Человек всегда старается хотя бы внешне и на время выстроить вокруг себя то, чего так не хватает по жизни. Курчатову не хватало тишины. Уроженец маленького уральского Симского завода – городка вдоль речной долины, зажатой горными хребтами, поросшими лесом – он волею судьбы оказался вершителем атомной истории.
Один из любимых учеников академика Иоффе, Курчатов вплотную занялся ядерной физикой еще в начале 1930-х годов. В разгар Великой Отечественной войны, когда пришло сообщение разведки о первых экспериментах с атомным оружием, он готовит правительству доклад по проблемам урана. Как пишет Б.В. Брохович, с этого момента Игорь Васильевич «заложил свою буйную голову, заключив союз с дьяволом». Он перестает принадлежать сам себе. К нему приставляется круглосуточная вооруженная охрана в чине подполковников, которые посменно охраняют, пасут его». Ему открыты все кабинеты, в том числе и кабинет И.В. Сталина.
Для нормальной жизни здорового человека нет времени, моральных и физических сил, нет тишины. Он делает ее сам. Вот и в Москве, на территории Института атомной энергии, будущего Курчатовского института, Игорь Васильевич выбрал самый укромный уголок в парке, высадил фруктовый сад, выстроил небольшой дом, который сотрудники института сразу же назвали «хижиной лесника». Курчатов, Борода, не возражал…

Ротонда на Иртяше

На Озерской площадке он тоже найдет такое место – на небольшом мысу на берегу Иртяша в окружении сосен. В 1948 году Курчатов поставит здесь небольшую деревянную беседку для уединения, оставив место бдительным полковникам за спиною, в лесу.
Иртяш – озеро удивительное. Его настроение стремительно переменчиво, как мысли в голове. Оно может быть спокойным, тихим, что хочется бесконечно любоваться им и предаваться в неге. Но стоит набежать ветру, как озеро враз ощетинивается волнами, с шумом и пеной спешит к обрывистым берегам. Стоит тучам затянуть небо – и мир наполняется страхом и трепетом перед бушующей природой. Атомная энергия по своей сути точно такая же…
Каменную ротонду, своего рода символ города, поставят в городском парке в 1951 году…

Ротонда
Курчатовская ротонда на берегу Иртяша

Домик Курчатова

Чуть выше – на восток, на солнце, которое поднимается над Козьим мысом – также в лесу недалеко от берега на скалистых утесах построили два небольших деревянных дома: один - для Е.П. Славского, второй - для И.В. Курчатова.

дом музей Курчатова
Дом-музей И.В. Курчатова

Домик Курчатова – конечно, не чета нынешним особнякам. Впрочем, Курчатову, всегда ценившему «солдатское дело», в хоромах было бы тесно, а вот в маленькой хате – в самый раз. Одноэтажный домик, сборный, щитовой, по финской технологии, поражал своей скромностью как снаружи, так и внутри. Обычная мебель, комод, кровать, столы, стулья – все это мог позволить себе и рядовой инженер, работавший на комбинате в то время. Исключение составляли большие напольные часы и телефоны правительственной связи.
Этот домик несколько раз переносили, пока он, наконец, не занял место во дворе музея ПО «Маяк» и сам не стал музеем, где с максимальной точностью восстановлена бытовая обстановка великого ученого…

дом музей 01
В доме-музее И.В. Курчатова
дом музей 02
дом музей 03
Дом музей 04

Как Борода совещания вел…

Величие – понятие относительное. У Курчатова были все возможности, чтобы вознести своих сотрудников или стереть их в порошок. Есть удивительный парадокс: по всем воспоминаниям ветеранов «Маяка» руководитель атомного проекта Курчатов в Озерск словно не приезжал – зато приезжал Борода, свой, родной, близкий, о чем сразу разносилось по всем лабораториям, участкам, площадкам. «Борода приехал!» - и жизнь стремительно ускорялась.
Как вспоминал Б.В. Брохович, Игорь Васильевич вынужден был выработать свой особый «курчатовский» стиль ученого-руководителя: кратко и точно излагать суть поручения или задания, всегда оставаясь внешне спокойным и уверенным в себе. Решать только самые крупные, глобальные, принципиальные проблемы, не размениваясь на мелочи, доверяя их другим специалистам.
Курчатов 01
И.В. Курчатов

У Курчатова была отличная память на поручения и имена. Даже спустя долгое время он называл человека по имени-отчеству и интересовался, как продвигается та или иная тема. Рассказывают, что после такого общения с Курчатовым, люди выходили окрыленными, готовыми горы свернуть. Импонировало и то, что он никого не «томил» в приемной – если встреча назначена, можно было прямо входить в кабинет. Не было и затяжных бесед: все четко, по делу, иногда с хорошей долей иронии, юмора. Вкупе с курчатовской энергией, великолепным «скородумством» и работоспособностью это давало отличные результаты.

Как Борода мандарин ел…

Естественно, «разносы» Курчатов тоже устраивал, и все знали, что виновным не поздоровится. Но это в случае «ЧП», необоснованного срыва задания.  К тому же он очень чутко отличал бескорыстие от хитрости, талантливость от краснобайства, и это помогало ему ориентироваться в людях, чтобы не натыкаться на «пустое место».
Все, что не мешает делу, не требует и наказаний. О Курчатове ходит байка, что однажды к нему пришел начальник пожарной охраны и доложил, что во внеурочное время «накрыл» влюбленную парочку в лаборатории. Реакция Курчатова была молниеносной: «Половые отношения пожарной опасности не представляют».
Умел признавать и свои ошибки, к тому же в столь новом деле они были неизбежны, в том числе и в мелочах. Ветеран «Маяка» Б. Горобец вспоминал, как Курчатов в очередной раз приехал на «Аннушку» и в реакторном зале вынул мандарин из кармана и начал его чистить. «А там запрещено было есть – это первая заповедь. Делать замечание такому человеку неудобно, но все же собрались с духом и напомнили: «Игорь Васильевич, вы простите, но мандарин здесь чистить нельзя». Курчатов улыбнулся: «Ой, простите, забыл», — и убрал мандарин».

Как Борода на лодочке катался…

Напряженная работа на реакторе и химпроизводстве требовала разрядки. Даже вовремя брошенная шутка Курчатова поднимала настроение. «Если же он видел, что кто-то, совсем заработался и «клюет носом», отправлял отдыхать. А бывало после нескольких дней напряженной работы, если позволяла обстановка, на целый день отправлял всех на озеро».
Он и сам был не против отдохнуть на озере и однажды за это чуть не поплатился. Б.В. Брохович вспоминал, как Борода как-то предложил ему прокатиться на лодочке по Иртяшу. Тем более что на острове в укромном месте были приготовлены все необходимые припасы плюс немудреная закуска. К компании присоединился и Е.П. Славский. Когда они были на полпути к острову, боец бдительной охраны открыл по «нарушителям» стрельбу из винтовки. Слава богу, он не был ворошиловским стрелком. Но и в этом случае Курчатов добился того, чтобы бойца не наказали.

По главному проспекту

С берега Иртяша в сторону вокзала уходит главный проспект Озерска – проспект Ленина, одна из самых красивых уральских улиц. Это достаточно редкий случай, когда ансамбль всего проспекта – от начала до конца – признается памятником архитектуры и историческим наследием.
Проспект начинался с небольших двухэтажных домов, утопающих в зелени, и большой аллеей, разделяющей проезд, на которой до сих пор растут вековые сосны. Такая планировка была вызвана соображениями секретности – город должен был «спрятаться в лесу».  Лишь после смерти Сталина, чьим именем изначально назывался проспект, требования секретности были несколько смягчены – и проспект пошел в рост: строили уже не в два этажа, а в четыре, да и две полосы раздельного движения слились в одну дорогу.
В итоге появился знаменитый дом с башенкой, венчающий проспект – в 1950-60-е годы это здание являлось самым высоким в городе.

дом с башенкой
Дом с башенкой

На площади Курчатова

Площадь Курчатова не зря называют сердцем Озерска – это и первая площадь города, и центр его исторической части, и основа городского управления, и удивительное по красоте место. Площадь поражает четкой логикой, выверенностью линий, зеркальностью.

заводоуправление 03
Заводоуправление ПО "Маяк"

Действительно, здания на площади словно отражаются друг в друге: театр драмы и комедии вглядывается в здание центральной заводской лаборатории на другом конце площади. Бывший административный отдел, в котором ныне расположилась мэрия, отражается в здании музея ПО «Маяк». Контуры заводоуправления повторяет первый в городе универсальный магазин, который горожане по привычке называют старым «домом одежды».
В начале 1950-х годов, как пишет Ю. Клепикова, площадь была главным местом для проведения праздников. Под Новый год здесь устанавливали большую елку и устраивали веселые праздники для детей. У площади было несколько названий: Советская, Центральная, Театральная. Лишь в 1978 году в канун 30-летия комбината она получила имя И.В. Курчатова. Тогда же был установлен памятник работы замечательного каслинского скульптора А.С. Гилева. Точно такой же памятник Курчатову стоит в Снежинске на территории ядерного центра.

Площадь Курчатова
Площадь Курчатова

К слову, под озерским памятником заложена капсула с письмом к потомкам с просьбой помнить имена тех, кто создавал отечественную атомную промышленность.

Человек в истории

На поверку, так и выходит – в самом характере площади заложено, что современность с ее постоянными и бесконечными проблемами каждый раз вглядывается в историю. Рядом с администрацией города, к примеру, установлен мемориальный комплекс с именами почетных граждан Озерска. Кстати, «доски почета» - обязательный атрибут любого завода, входящего в состав комбината.
Но главным хранителем истории является музей. Парадоксально, но он словно «вырос из будущего» - над его центральным входом «горит» пионерский костер. Суть в том, что первоначально здесь располагался первый городской Дом пионеров – все здание было отдано на откуп подрастающему поколению. Музей трудовой славы ПО «Маяк» появится здесь лишь в 1983 году…

музей ПО маяк
Музей ПО "Маяк"
Хэнфорд отдыхает

«Жизнь для многих оказалась неинтересной, так как никаких развлечений не было, если не считать самых простых. У нас не было ни симфонических оркестров, ни опер, ни театров, ни лекций на какие-либо просветительские темы…» Такую грустную картину строительства атомного завода, аналогичного «Маяку», в американском Хэнфорде рисовал в воспоминаниях руководитель Манхеттенского проекта генерал Л. Гровс.
Жизнь нужно наполнять событиями. В этом И.В. Курчатов был убежден целиком, создав в Озерске совершенно иную культурную атмосферу, добившись значительных средств на строительство учебных заведений, клубов, театров, стадионов, библиотек. «Где нет хорошей оперы, там не будет и хороших ученых» - благодаря именно этой логике, взаимосвязи первый театр в Озерске появился раньше, чем был запущен первый атомный реактор.

Свой Ленком

Это случилось 28 октября 1948 года в только что отстроенном двухэтажном деревянном здании клуба имени Ленинского комсомола. Открывали первый театральный сезон знаковой постановкой – спектаклем «Павел Корчагин». Знаменитый герой Николая Островского должен был подчеркнуть мужество и выдержку людей в первые годы строительства. Эту тему выбрал основатель театра, офицер, прошедший поля сражений Великой Отечественной войны, режиссер Владислав Оссовский.

Клуб Ленинского комсомола
Клуб Ленинского комсомола

В своем названии озерский «Ленком» не стал придумывать ничего особенного – перенял имя Максима Горького от Кыштымского театра, чьи актеры и составили основу первой труппы.
А в 1950 году произойдет эпохальное событие – театр переедет из клуба в свое собственное новое здание на площади Курчатова.

Весь мир – театр

9 августа большой просторный зал на 700 мест не смог вместить всех желающих на первой премьере. Шел спектакль по пьесе А.В. Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского». Эта простенькая комедия о похождениях игрока-пройдохи, решившего выгодно жениться, словно «переключала мозги» атомщиков, погружая их в дворянские гнезда середины XIX века.
К слову, зал был полон далеко не всегда. Рассказывают, что когда в Озерске появился свой симфонический оркестр (а это большая редкость для маленького города), на одном из концертов музыкантов было больше, чем зрителей. Но среди последних был И.В. Курчатов, любивший и понимавший классическую музыку. По его заявкам, собственно, и сыграли концерт.
И все же постановки озерского театра всегда были яркими событиями для города. Ставились не только драматические спектакли – одно время в театре серьезно увлеклись… опереттой, музыкальной комедией, и актеры подарили зрителям более 40 постановок. Об актерах тоже заботились основательно – первый дом для них был построен практически одновременно с новым зданием театра.
Кстати, саженцы голубых елей, которые сегодня украшают площадь, Игорь Васильевич привез из Сибири и лично их высадил…

театр драмы
Озерский театр драмы и комедии "Наш дом"

Колючий проспект
Как-то, выступая на одном из собраний, Е.П. Славский убежденно и горячо доказывал партийному активу:
- Речь идет не просто о строительстве жилья, речь идет о строительстве города. Мы хотим построить прекрасный город и в самый кратчайший срок…
Город и вправду строился стремительно. Уже появилась привокзальная площадь, будущая площадь Ленина; застраивались улицы, примыкающие к главному проспекту. Параллельно ему строился еще один – проспект Победы (Берии).
Проспект Победы 02
Проспект Победы

Воспоминания об этом строительстве остались жутковатые. «Части будущих улиц, а порой и целые кварталы, обтягивались вдоль строящихся домов колючей проволокой, - рассказывали горожане. - Это называлось «делать зону». При строительстве проспекта зону сделали практически на всем его протяжении. Каждый день, утром и вечером, по улице двигались колонны заключенных в окружении конвоя и в сопровождении овчарок. Проспект построили в рекордные сроки – практически за год».

Не можешь – научим…

Проспект Победы вышел строгим, архитектурно отчетливым, словно на века. Именно здесь появится первый политехникум - забота о будущих специалистах была производственной необходимостью.
История создания спецтехникума, который станет филиалом Московского инженерно-физического института, МИФИ, достаточно занятна. Суть в том, что первые студенты сами сюда не пришли – в 1949 году преподаватели техникума разъехались по городам собирать перспективную молодежь с фабрично-заводских училищ. В итоге, как рассказывает Б.В. Брохович, «из центральных областей России приехали 800 девочек и мальчиков, «фабзайчат». Помню, многие из них были маленькие, недоросшие, недокормленные - дети войны. Но работали здорово. Большинство осталось - окрепли, создали семьи, укоренились на Урале…»
Свое новоселье филиал МИФИ стравил в 1952 году. Естественно, все дисциплины и спецпредметы были «заточены» под потребности комбината, а лекции читали, выкраивая время от производственных вопросов, все тот же И.В. Курчатов, А.А. Бочвар, А.П. Александров, А.С. Никифоров А.Д. Гельман и другие видные ученые.

здание МИФИ
Здание МИФИ

…не хочешь – заставим

Военная дисциплина была и в отношении медицины. Кстати, одна из первых поликлиник в Озерске появится как раз на «колючем» проспекте, который «упирается» в медгородок.
Строительство медгородка активно велось еще с 1946 года. Причем, на первых порах ничего капитального не было: использовались походные госпитали, которые прибывали на стройку вместе с воинскими частями, строились бараки, в которых разместились поликлиника, больница, детский сад. Амбулатории открывались во всех поселках: как для заключенных и военных строителей, так и для вольнонаемных.
Комплектовались больницы в основном за счет офицеров-медиков, которые направлялись сюда штабом Уральского военного округа. Практически все они имели опыт работы во фронтовых условиях. Этот опыт и пригодился – за время строительства комбината удалось минимизировать количество смертей и не допустить эпидемий.
Позднее в лечебных делах проявится озерская специфика, связанная с радиологией и лучевой болезнью, и будет открыт специализированный институт биофизики.

Улица Музрукова

В тени старого парка и медгородка берет свое начало улица Бориса Глебовича Музрукова, директора комбината на рубеже 1940-1950-х годов, - и устремляется к современным многоэтажным микрорайонам, словно связывая поколения озерчан.
Это символично, учитывая одну «историческую ошибку» генерала. В архиве сохранился его приказ 1951 года. Борис Глебович совершенно искренне писал, что «1952 год, видимо, явится завершающим годом строительства нашего социалистического города со всем комплексом жилых, административных и соцкультбытовых зданий и сооружений, включающих внутригородские дороги, благоустройство и озеленение».
Строительство города идет до сих пор, и одна из самых длинных улиц Озерска тому свидетельство…

Принять решение

Судьба Б.Г. Музрукова удивительна. Выходец с берегов Ладоги, бывший детдомовец и выпускник Ленинградского технологического института, Музруков накануне Великой Отечественной войны возглавил крупнейшее на Урале предприятие: «Уралмаш». Ему было всего 35 лет. И ничего – справился, в кратчайшие сроки наладил выпуск корпусов для тяжелых танков КВ и знаменитых Т-34. В партийных характеристиках тех лет за ним закрепилась репутация специалиста «по решению сложнейших производственных задач в условиях дефицита времени и ресурсов». Это и предопределило его переход в атомную отрасль.

Музруков 01
Б.Г. Музруков

На озерскую площадку Борис Глебович приедет в 1947 году. Л.П. Сохнина вспоминала: «На работников комбината Борис Глебович произвел самое благоприятное впечатление: высокий, стройный, красивый, с проницательными голубыми глазами, в генеральском кителе с золотой звездой на груди. Манера поведения - спокойная, уверенная. Внешне Музруков был суховат, вежлив, говорил мало, но умел слушать людей, быстро принимал решения и требовал безукоризненного их выполнения».
Позднее эта «скорость и непосредственность решений» не позволит ему остаться в Москве, с ее бесконечными кабинетами главков и ворохом бюрократических бумаг. В 1955 году его назначат директором в Саров, и Б.Г. Музруков 20 лет отдаст легендарному институту.

Именная водочка

Напряжение в годы становления комбината было колоссальным. Музрукова практически не видели дома, а жил он в небольшом коттедже с семьей. Родственники вспоминали, как однажды он пришел с работы крайне уставшим, чувствовал себя плохо (сказывались последствия перенесенного еще в юности туберкулеза). В это время раздался телефонный звонок, и требовательный мужской голос сказал: «Музрукова ко мне!» Звонил Берия. Ответ домашних, что генерал отдыхает, естественно, не принял и сказал уже Музрукову:
- Ты там лежишь или стоишь? А то ведь я и посадить могу.
Борис Глебович, несмотря на недомогание, собрался и отправился на комбинат…
Конечно, дома ему пытались создать все условия. Его жена Анна Александровна была отличной хозяйкой. Вот только семейные обеды считались праздником – посредине дня не выбраться. Для общения оставался ужин. Анна Александровна, кстати, ставила для мужа специальную водочку на инжире, изюме и корочках лимона, которую друзья и гости сразу окрестили «музруковкой». За ужином тоже приходилось решать различные вопросы: как идут городские дела, где закупить для горожан молодую картошку, какую машину отправить в Алма-Ату за яблоками…
Но главным детищем оставался комбинат, ежедневно ставивший перед директором все новые вопросы.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments