Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

КАРАНТИН ДОКТОРА НАРБУТОВСКИХ (Кыштымский этюд)

«Во всем нужен здравый смысл и опора на опыт». Ситуации, подобные нынешней пандемии, в истории встречались не раз – «все уже где-то когда-то было». В сложных обстоятельствах по-прежнему в цене холодная голова, горячее сердце и чистые руки, как завещал когда-то Ф. Дзержинский – в самом начале 1920-х годов.
И для России, и для Урала это была эпоха пандемий: холеры, сыпного тифа, малярии. В одних территориях с болезнями справлялись лучше, хотя и не без потерь, в других – счет шел на тысячи человеческих жизней. В южноуральской истории есть поучительные примеры, как нужно жить в таких обстоятельствах и успешно справляться с ними. Один из них связан с Кыштымом.

(Мост к Кыштымскому заводскому госпиталю)

Collapse )

Исторические путевые заметки: Кыштым (часть четвертая)

Продолжаю свое путешествие по истории Кыштыма. Еще одна тема вызвала мое искреннее удивление, как только я погрузился в историю Кыштымского госпиталя, - это же надо: как небольшому городу везло на талантливых врачей! Сегодня история кыштымской медицины собрана в музее местного медицинского колледжа - и это собрание достойно уважения.
Другое удивление не столь очевидно. Мы привыкли к стеретипу о "нещадной эксплуатации рабочих" на уральских заводах. Вот только "нещадность" эта немного преувеличена - в угоду прежней советской идеологии. Жизнь на Кыштымских заводах была жесткой (а кому легко), но в пределах здравого смысла. И Кыштымская медицина начиналась, кстати, именно с охраны труда. Впрочем, по порядку...

Collapse )

На медосмотре

В отличие от других врачей психиатр записал в карточке: "практически здоров". Я с ним практически согласен )) Вот оно, рождение относительности понятий...

Оградка для врачей

Дело было простое. Очень простое – пройти от Дикси (бывшей «Белочки» на Воровского) до улицы Медгородок. Можно было по Варненской, но там солнце все топит,  машины брызгаются, а мы с ребенком. Хотелось чего-нибудь спокойного, размеренного, нешумного. 
      
Решили пройти от медицинской академии (тьфу ты, черт, института – не доросла еще «ета организация» до академии) – задворками – через медобщагу, гаражи – к лесу.
      
Раньше спокойно там ходил. За областной станцией переливания крови был тихий и мерный проход к радиологическому институту, от него – к 6-му корпусу больницы.
      
А теперь… Теперь – хрен. Все прежнее медицинское пространство перекрыто заборами. Забор на заборе сидит и забором заправляет.



      Например, периметр мединститута весь перекрыт заборами. Ладно, я понимаю – студенты «стесняются» своих будущих коллег за свои же «крутые» знания. Но ведь сами же на практику в больницу ходят! Видимо, тоже «перелазиют» - мол, per aspera ad astra.


А вот куча заборов между областной станцией переливания крови и филиалом радиологического института (ну прям суперсекретная лаборатория, о которой только покойный Тимофеев-Ресовский не знал) – меня просто смутила. Зачем?

Кстати, такой огромной тарелкой можно ловить спец канал - порно-радио-ТВ.
      И все же - зачем врачи огораживаются внутри врачей? Что не сложилось в медицинской корпорации? Зачем же так друг друга не любить?
      Та же заборная история история между областной больницей и детской. Между областной и онкодиспансером. Между онкодиспансером и госпиталем. И везде – эти металлические уродища, замки, штыри.

И я вот, «приштыренный», думаю – может  быть, Сталин не так уж был и не прав, когда затевал «дело врачей»?

К истории болезни одного челябинского кришнаита

 Об этих записках я практически забыл – написаны они были очень давно. Вернулся к ним по поводу выставки буддийского искусства, о которой подробно рассказала http://nadya-rosenberg.livejournal.com/

И заставила вспомнить, что выбор веры – событие, которое…

В общем, запись 1994 года

 

                                  Люби то, что тебе предназначено...

                                                                                 О. Хаксли.

 

... Одна моя хорошая знакомая, сестра в отделе реанимации, рассказывала, что однажды им не удалось откачать одного молодого человека. лет двадцати-двадцати трех – он настолько изморил себя постом и грубой пищей, что Гоголь на смертном одре рядом с ним – цветущий и здоровый. Года три назад он открыл для себя карму, что научила его питаться моченым зерном и другими злаками; он сменил обычную одежду на долгополый халат, так похожий на цветастый саван и в таком виде появлялся на городских улицах.

    Прохожие, естественно, смотрели на него, как на полного идиота, но он думал, что люди ошибаются / «идиот тот, кто кроме себя, всех остальных считает идиотами»/.

    Однако, Россия – страна большая, Челябинск – город на Урале – тоже не из маленьких; не прошло и года, как нашлись братья по разуму. Они облюбовали себе местечко на улице Кирова – улице, набитой универмагами до отказу, а потому постоянно полна народу, -- стали торговать Бхагават-Гитой и Источником Вечного Наслаждения /ибо просо в России нынче бесплатно не дается/. Целыми днями они стояли под палящим солнцем, отмахиваясь от назойливых мух и ловкими ударами ломая хребты комарам-кровопийцам /даже не задумываясь о том, что Кришна велел не трогать никакую тварь – ползающую ли, летающую ли/.

    К зиме сотоварищи исчезли, приходилось  дрожать на морозе одному. Несколько раз с непривычки приходилось обмораживаться, но сердобольные родители. ежедневно мечтающие показать взрослое дитя психиатру, растирали его, как могли.

    Теперь он целыми днями просиживал дома за закрытой дверью, жуя некую траву, по случаю привезенную проезжим индусом, пока, наконец, в тяжелом состоянии его не доставили в Скорую помощь.

 

    Я, быть может, большую половину придумал, кроме одного факта – человека-то в живых нет...

 

    Буйное помешательство на почве восточных религий сейчас, кажется, пошло на убыль, но все равно дает о себе знать. Жаль, что до сих не понята банальная вещь: русскому – пусть будет русское, арабу – арабское, китайцу – китайское... К.Г.Юнг все-таки прав, и нельзя сбрасывать со счетов архетип младенца, какой бы привлекательной ни была современная мода...

   
 


ОСЕНЬ В ЗАПЛАВНОМ (рассказ)


1.


Ему не спалось. И это казалось странным – почти сутки назад, когда эшелон разгрузили на станции, он вылезал из вагона полусонным, и только пристанционный гидрант его освежил, да еще приятельские шутки:

- Не спи, Серый, замерзнешь.

Хотя какой мороз в сентябре! Так – холодная ночь на теплой земле, еще не остывшей от летних паутин; даже мухи возле кухни, пусть и лениво, но все же жужжали. Здесь, в приволжской степи, они казались особенно большими – с лапками, крыльями, хоботками; а на Урале были просто мухами – черными летающими пятнышками, которые прихлопываешь, даже отмахнувшись.

Потом был переход – слава богу, небольшой, всего в десяток километров до места дислокации: в село Заплавное, что в семидесяти верстах от Сталинграда. Сереже рассказывали, что когда переход затягивается, то у солдат мозги от голода мкнет – пока дожидаются безнадежно отставшую кухню: не час, не два, а то день или почти неделю.

Рядом с Сергеем шел Василь Данилыч – сорокалетний мужик, солдат, второго года рождения. Сережа прозвал его – Бубнилыч. Какой черт надоумил Бубнилыча, мастера опытного производства на Челябинском тракторном, подать заявление на фронт за компанию! С экспериментальных цехов не особо призывали – бронировали ценные кадры. Видно, мастером он был не от Бога, а так, от Данилы…

Крепкий, коренастый, но покрытый пылью семейной жизни, двумя детьми и сносным снабжением, он говорил Сереже:

- Вот ведь, хрень какая! Жил не тужил. А теперь – идем в самое пекло, на козлов этих. Забодают еще…

- Смотри, дядь Вась, договоришься…

- Ты поучи меня, педагох.

- Да я в институт поступил только!..

И Сережа в сердцах хлюпнул сапогом в походную жижу. Накануне прошли дожди, и дороги, которых здесь и так было мало, покрылись рыжими лужами и разбитыми обочинами, когда полуторка, цепляясь одним боком за уцелевший большак, а другим скользя по целине, «расширяла пространство» для пехоты.

«Если тыл таков, то чего ждать от…», - подумал он и осекся.


Collapse )